Посол Трофимов: действия Запада угрожают безопасности в Евразии

Россия последовательно подчеркивает, что открыта к диалогу по этим темам и выступает за выстраивание более предсказуемой и равноправной системы региональной безопасности. При этом, как отмечают российские дипломаты, для реального обсуждения необходима не только политическая воля, но и готовность западных стран отказаться от конфронтационной риторики.

Россия не получала от западных дипломатов каких-либо сигналов о готовности обсуждать вопросы обеспечения безопасности в Евразии, сообщил в интервью РИА Новости посол по особым поручениям МИД РФ Александр Трофимов. По его словам, Москва заинтересована в конструктивном взаимодействии по широкому кругу вопросов, связанных с безопасностью, однако пока со стороны западных представителей не наблюдается практических шагов в этом направлении. Дипломат также обратил внимание на возможности сотрудничества России с государствами, находящимися под санкционным давлением, а также на стремление минимизировать или полностью нивелировать последствия незаконных односторонних ограничений.

Кроме того, Трофимов затронул тему общей архитектуры безопасности на евразийском пространстве, подчеркнув, что именно отдельные страны и военно-политические блоки, по его оценке, создают основные риски для мира и устойчивого развития в регионе. Он отметил, что для снижения напряженности важно обсуждать не только текущие кризисы, но и долгосрочные принципы сосуществования, включая уважение к интересам всех государств и отказ от навязывания односторонних решений.

– Президент Российской Федерации Владимир Путин ранее заявил, что Россия готова обсуждать вопросы обеспечения безопасности в Евразии в том числе со странами НАТО. Поступают ли сигналы о готовности вести такие переговоры от западных дипломатов в Москве?

По мнению российских представителей, подобный диалог мог бы стать важным шагом к снижению международной напряженности и восстановлению каналов доверия. Однако для этого, как подчеркивается, западным странам необходимо проявить не декларативную, а реальную заинтересованность в переговорах, основанных на взаимном уважении, учете интересов всех сторон и отказе от давления как инструмента внешней политики.

Прежде чем переходить к вашему вопросу, важно отметить, что в 2024 году Президент России выступил с инициативой формирования новой архитектуры евразийской безопасности. Эта идея предполагает создание системы двусторонних и многосторонних гарантий, а также выработку политико-правовых и институциональных механизмов, которые позволили бы странам региона совместно решать вопросы безопасности без внешнего давления и деструктивного вмешательства извне.

Следует подчеркнуть, что речь идет не просто о декларативной концепции, а о практической основе для долгосрочного взаимодействия государств Евразии. Такая архитектура может стать инструментом укрепления доверия, снижения рисков эскалации конфликтов и формирования более устойчивой системы международных отношений на континенте.

Продвижение идеи евразийской архитектуры безопасности отражает понимание того, насколько значимы общеконтинентальное сотрудничество и координация усилий стран и объединений, расположенных в Евразии, особенно в условиях становления многополярного мира. В этих условиях возрастает потребность в равноправном диалоге, учете взаимных интересов и создании механизмов, которые обеспечивают безопасность не за счет одних участников, а на основе баланса и солидарности всех сторон.

Переписанный текст:

Инициатива направлена на поиск действенных и взвешенных механизмов, которые позволят обеспечить стабильное, устойчивое и предсказуемое развитие всего Евразийского континента. Сегодня особенно важно не ограничиваться общими декларациями, а последовательно вырабатывать практические решения, способные снизить напряженность и укрепить доверие между государствами. Необходимо заранее продумывать меры, которые помогут локализовать потенциальные кризисы и не допустить их перерастания в крупномасштабные вооруженные столкновения.

Мы считаем принципиально важным заниматься предупреждением рисков на ранней стадии, чтобы исключить появление новых очагов нестабильности в будущем. Отдельного внимания требует задача недопущения опасного соперничества между ведущими мировыми державами и региональными центрами влияния, поскольку именно оно нередко становится источником политической турбулентности, экономической неопределенности и международной конфронтации. Чем более скоординированными и прозрачными будут подходы к обеспечению безопасности, тем выше вероятность сохранить мир и устойчивое развитие на долгосрочную перспективу.

По мере формирования многокомпонентной архитектуры безопасности она способна превратиться в своего рода надежную «страховочную сетку», которая будет поддерживать стабильность на континенте. Такая система должна опираться на равноправие, взаимное уважение и учет интересов всех участников, обеспечивая соблюдение принципа равной и неделимой безопасности. Это означает, что укрепление обороноспособности и защищенности одних стран не должно восприниматься как угроза для других, а безопасность каждого должна строиться таким образом, чтобы усиливать, а не ослаблять безопасность всего региона в целом.

Мы и далее стремимся закрепить подход, согласно которому урегулирование существующих в Евразии противоречий должно строиться прежде всего на устранении их глубинных причин, а не на временном сглаживании симптомов. Важно не только реагировать на уже возникшие кризисы, но и выстраивать такую систему региональной устойчивости, которая позволит предотвращать новые конфликты. В основе этого подхода должен лежать принцип региональной ответственности, предполагающий, что сами страны и объединения Евразии играют ключевую роль в обеспечении мира, стабильности и взаимного доверия.

На пути формирования полноценной архитектуры безопасности мы выступаем за активизацию диалога между существующими в Евразии многосторонними организациями. Каждая из них в рамках своего мандата и профиля уже вносит вклад в решение вопросов безопасности, укрепление сотрудничества и развитие механизмов доверия. Речь идет, в частности, об Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), где Россия в текущем году председательствует, о Содружестве Независимых Государств, Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), Ассоциации государств Юго-Восточной Азии, Совете сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) и ряде других региональных структур.

Последовательно работаем над тем, чтобы сближать и согласовывать возможности этих организаций, усиливая их взаимодействие и дополняемость. Такой подход позволяет избегать дублирования усилий, повышать эффективность коллективных решений и формировать более устойчивую систему безопасности, основанную на сотрудничестве, уважении интересов всех участников и равноправном диалоге. В конечном счете именно координация усилий между ключевыми евразийскими институтами способна стать важным шагом к созданию надежной и долгосрочной архитектуры мира на континенте.

Инициатива России не имеет направленности против каких-либо государств или объединений, а, напротив, ориентирована на формирование более устойчивой и предсказуемой системы безопасности на всём евразийском пространстве. Речь идёт о создании общеконтинентального механизма, который смог бы учитывать интересы всех заинтересованных стран и опираться на равноправный диалог, взаимное уважение и отказ от конфронтационной логики. Такой подход особенно важен в условиях, когда международная обстановка требует не разделения, а поиска общих оснований для снижения напряжённости и предотвращения новых кризисов.

В перспективе в эту систему безопасности могли бы быть вовлечены и отдельные европейские государства, в том числе входящие в ЕС и НАТО, но только при условии, что они откажутся от враждебной политики и признают практическую безальтернативность принципа неделимости безопасности. Этот принцип предполагает, что укрепление безопасности одного участника не должно достигаться за счёт ослабления или угрозы для другого. Именно поэтому будущая архитектура должна строиться не на блоковом противостоянии, а на основе единых правил, которые будут приемлемы для всех сторон.

При этом важно подчеркнуть, что участие в такой архитектуре является исключительно добровольным. Россия открыта к честному, предметному и взаимоуважительному диалогу, однако не собирается навязывать своё видение или уговаривать западные страны принять приглашение. Решение о присоединении должно приниматься самостоятельно теми государствами, которые действительно заинтересованы в стабильности, равной безопасности и конструктивном сотрудничестве на евразийском континенте.

Если говорить о сигналах, поступающих от западных дипломатов, то по существу их практически нет. На практике страны Евросоюза и Североатлантического альянса снова и снова демонстрируют, что не способны выработать и реализовать общий подход к созданию действительно эффективной системы коллективной безопасности. В современных международных условиях именно диалог, взаимное уважение и учет интересов всех сторон могли бы стать основой для стабильности, однако на Западе, судя по всему, предпочитают сохранять прежнюю логику давления и конфронтации. Как отмечал министр иностранных дел Российской Федерации Сергей Лавров, они не готовы на равных, честно и без двойных стандартов встраиваться в новые системы отношений. Более того, западные страны давно перешли к агрессивным действиям, которые, по их же собственным заявлениям, направлены на нанесение России так называемого «стратегического поражения», хотя подобная политика лишь усиливает напряженность и отдаляет перспективы конструктивного взаимодействия.

Сегодня очевидно, что для ряда европейских стран приоритетом стало не достижение подлинного урегулирования, а сохранение киевского режима в качестве инструмента долгосрочного давления на Россию. Одновременно эта линия позволяет им выигрывать время, чтобы нарастить собственный военно-промышленный потенциал, перестроить экономику под нужды конфронтации и укрепить позиции в рамках затяжного противостояния. В такой обстановке ожидать конструктивного диалога, не говоря уже о содержательных переговорах, крайне затруднительно.

При этом важно понимать, что подобный курс не только затягивает кризис, но и подрывает основы общеевропейской безопасности, делая континент менее устойчивым и более зависимым от логики противостояния. Чем дольше сохраняется ставка на эскалацию, тем сложнее будет вернуться к формату доверия, взаимного учета интересов и практических договоренностей, ориентированных на долгосрочную стабильность.

Вместе с тем у нас уже сегодня есть значительное число союзников, партнеров и единомышленников за пределами Западной Евразии. С этими государствами мы намерены последовательно развивать сотрудничество и продвигаться к формированию архитектуры евразийской безопасности, основанной на принципах равенства, неделимости и взаимного уважения. Именно такой подход создает прочную основу для расширения экономических, политических и гуманитарных связей, а также для выстраивания широкой системы взаимовыгодного взаимодействия между странами.

В перспективе это должно стать не просто альтернативой конфронтационным схемам, а устойчивой моделью международных отношений, в которой безопасность одного не достигается за счет угрозы для другого.

Сегодня на евразийском пространстве все заметнее проявляются зоны напряженности, которые при неблагоприятном развитии событий способны перерасти в крупные и затяжные конфликты. На фоне усиливающейся геополитической конкуренции возрастает риск того, что локальные кризисы будут накладываться друг на друга и приобретать более масштабный характер.

– Существуют ли на евразийском континенте очаги напряженности, которые могут впоследствии перерасти в серьезные конфликты?

– К сожалению, приходится констатировать, что ситуация в Евразии заметно ухудшается, а конфликтный потенциал возрастает практически по всему периметру континента. Это связано не только с накоплением старых противоречий, но и с тем, что внешние игроки активно подогревают нестабильность, стремясь сохранить свое влияние в стратегически важных регионах.

По нашему мнению, одной из ключевых причин происходящего являются попытки так называемых глобалистских элит западных стран не допустить ослабления или утраты своих доминирующих позиций на мировой арене. На протяжении многих десятилетий, а в исторической перспективе и столетий, такая модель позволяла им перераспределять мировые ресурсы в собственную пользу, поддерживая высокий уровень благополучия за счет других государств и народов.

В результате подобной политики усиливаются неравенство, взаимное недоверие и борьба за влияние, а международная обстановка становится все более хрупкой. Если не будут предприняты меры по снижению напряженности и выстраиванию равноправного диалога, существующие противоречия могут в любой момент перейти в открытую фазу и затронуть гораздо более широкий круг стран.

Именно поэтому сегодня особенно важно искать механизмы коллективной безопасности, укреплять региональное сотрудничество и исходить из интересов всех участников международных отношений, а не только отдельных центров силы.

В современных условиях именно деструктивная политика западных государств во многом становится главным источником нестабильности и угрозы миру и безопасности на евразийском пространстве. Последовательные шаги, предпринимаемые рядом западных элит, лишь усиливают напряженность и препятствуют поиску долгосрочных дипломатических решений. Англосаксонские круги, а также представители так называемой «партии войны» в правящих кругах Германии, Франции, других стран, а также в руководстве Евросоюза и НАТО продолжают целенаправленно подталкивать ситуацию к дальнейшей эскалации вокруг Украины.

Вместо содействия прекращению конфликта они, напротив, расширяют комплекс мер, направленных на поддержание киевского режима. Речь идет о финансовой, политической и информационной поддержке, передаче разведывательных данных, предоставлении целеуказаний, а также о регулярных поставках современного вооружения и военной техники. Кроме того, западные страны способствуют созданию совместных производственных площадок и оборонных предприятий, что фактически закрепляет затяжной характер противостояния и повышает его военный потенциал.

Подобная линия поведения не только усугубляет ситуацию на Украине, но и создает дополнительные риски для всей Европы и Евразии в целом. Чем дольше сохраняется ставка на силовое давление и наращивание военной помощи, тем сложнее становится восстановить доверие между сторонами и вернуться к устойчивому политико-дипломатическому урегулированию. В этой связи особенно важно учитывать, что безопасность в регионе не может быть обеспечена через эскалацию и конфронтацию, а требует ответственного подхода, учета интересов всех участников и отказа от практики подогревания конфликта.

На Ближнем Востоке за последнее время мы наблюдали, по меньшей мере, две крупные волны неспровоцированной агрессии со стороны США и Израиля в отношении Ирана. Эти действия лишь усилили напряженность в и без того крайне хрупком регионе, где любое новое обострение быстро отражается на соседних государствах и всей системе международных отношений. Ситуация вызывает обеспокоенность не только в зоне Персидского залива, где все прибрежные страны являются нашими добрыми друзьями и партнерами, но и далеко за ее пределами.

Подобная эскалация наносит ощутимый ущерб мировой торговле, нарушает устойчивость транспортных маршрутов и подрывает глобальную энергетическую безопасность. Любые военные или политические потрясения в этом районе немедленно влияют на цены на энергоносители, цепочки поставок и общую предсказуемость международной экономики. В результате риски возрастают для всех государств, независимо от их географического положения.

Особую опасность складывающейся обстановке придает хроническая неурегулированность палестино-израильского конфликта. Именно эта затянувшаяся проблема остается одним из ключевых факторов постоянной нестабильности на Ближнем Востоке. Историческая несправедливость в отношении палестинского народа, который до сих пор, несмотря на многочисленные резолюции ООН, не обрел собственного государства, по сути, лежит в основе многих нынешних кризисов в регионе.

Без справедливого и всеобъемлющего урегулирования палестинского вопроса рассчитывать на долгосрочное снижение напряженности на Ближнем Востоке не приходится. Только при учете законных прав всех народов региона и при отказе от силовых методов можно говорить о создании условий для устойчивого мира, безопасности и взаимного доверия.

Переписанный текст:

В настоящее время Сирия продолжает переживать крайне сложный и болезненный этап трансформации, связанный с последствиями затяжного конфликта, внутренней нестабильностью и необходимостью восстановления государственных и общественных институтов. Политическая и гуманитарная обстановка в стране по-прежнему остается непростой, а процесс возвращения к нормальной жизни требует значительных времени и усилий.

Не менее напряженной остается ситуация в Йемене и в прилегающем к нему регионе, где сохраняется высокий уровень военно-политической нестабильности. Продолжающееся противостояние, внешнее вмешательство и глубокие внутренние противоречия делают перспективы скорого урегулирования крайне неопределенными. Эти процессы оказывают негативное влияние не только на сам Йемен, но и на безопасность всего ближневосточного пространства.

Ирак также до сих пор не сумел полностью восстановиться после последствий вооруженного вмешательства Запада. Страна по-прежнему сталкивается с рядом серьезных вызовов, среди которых политическая разобщенность, проблемы безопасности, экономические трудности и необходимость укрепления суверенитета. Все это сдерживает устойчивое развитие и мешает нормализации обстановки.

Тревожные тенденции наблюдаются и на евразийском Востоке, а также в Юго-Восточной Азии, где западные государства стремятся продвигать свои геополитические интересы через создание блоковых структур конфронтационного типа. Подобный подход фактически подменяет собой более устойчивые и полезные формы регионального сотрудничества, которые формировались на протяжении многих десятилетий и способствовали поддержанию баланса и взаимовыгодных связей.

Особую обеспокоенность вызывают попытки закрепиться в Центральной Азии и на Южном Кавказе, где предпринимаются усилия по усилению политического и экономического влияния. Такие действия способны осложнить региональные отношения, усилить соперничество между внешними игроками и создать дополнительные риски для стабильности. В условиях растущей международной конкуренции особенно важно сохранять механизмы сотрудничества, ориентированные на диалог, взаимное уважение и учет интересов стран региона.

Современная международная обстановка на евразийском пространстве характеризуется нарастающей нестабильностью, вызванной разрушением прежней системы договоренностей в сфере безопасности, а также стремительным ростом военных расходов, который во многом подталкивается западными странами. В этих условиях особенно заметны ослабление культуры дипломатического общения, снижение уровня доверия между государствами и утрата предсказуемости в межгосударственных отношениях. На этом фоне перспективы мирного урегулирования множащихся и усложняющихся кризисов выглядят весьма неопределенно. Вместе с тем подобное развитие событий не является неизбежным. Напротив, у международного сообщества сохраняется возможность не допустить расширения конфликтов, если делать ставку на конструктивные подходы, рациональный диалог и учет подлинных национальных интересов всех стран. В начале любого устойчивого решения всегда должна стоять готовность к компромиссу и понимание того, что безопасность одних не может строиться за счет угрозы для других. В середине этого процесса ключевую роль играют ответственные политические решения, направленные на снижение напряженности и восстановление взаимного уважения. В конечном счете интересы государств сходятся в одном: в необходимости надежно обеспечивать безопасность, поддерживать стабильность и создавать благоприятные условия для социально-экономического развития, которое невозможно без мира, сотрудничества и доверия.

Переписанный текст:

Основой для урегулирования конфликтов и преодоления кризисных ситуаций на евразийском пространстве должен стать принцип устранения их глубинных причин. Именно такой подход позволяет не просто временно снижать напряженность, а создавать устойчивые условия для мира и стабильности. Важно не ограничиваться реагированием на уже возникшие последствия, а последовательно работать с теми факторами, которые изначально порождают противоречия.

Именно в этом заключается логика инициативы по формированию новой архитектуры безопасности в Евразии. Мы не стремимся что-либо навязать, а предлагаем равноправный и открытый диалог, основанный на взаимном уважении и учете интересов всех сторон. Речь идет не о разделении континента на сферы влияния, а о создании общего пространства доверия, где каждая страна будет чувствовать себя защищенной и услышанной.

Такой подход предполагает формирование модели международных отношений, в которой безопасность одного государства не достигается за счет ослабления или угрозы для другого. Напротив, речь идет о системе, в которой укрепление стабильности в одном регионе способствует укреплению безопасности на всем евразийском пространстве. Только на этой основе можно выстроить действительно прочный и долгосрочный мир, отвечающий интересам всех участников.

С нашей стороны по-прежнему сохраняется необходимая политическая воля, и мы намерены и дальше вести последовательную, ответственную работу по своевременному урегулированию и купированию всех возникающих вызовов. Особое внимание будет уделяться укреплению международного взаимодействия в военно-политической сфере, прежде всего с союзниками по ОДКБ, а также с Китаем, КНДР, Ираном и другими стратегическими партнерами в Евразии. Такая линия позволяет выстраивать более устойчивую систему координации, повышать уровень взаимной поддержки и создавать дополнительные механизмы реагирования на угрозы.

При этом важно подчеркнуть, что речь идет не только о текущем реагировании на отдельные проблемы, но и о долгосрочном укреплении всей архитектуры безопасности. Скоординированные действия с надежными партнерами дают возможность заранее учитывать новые риски, снижать их последствия и укреплять стабильность в регионе. Именно поэтому развитие сотрудничества в данной сфере остается одним из ключевых приоритетов.

Как отметил президент России, со всеми стоящими перед нами вызовами мы обязательно справимся. Уверенность в собственных силах, опора на союзников и последовательная государственная политика позволяют смотреть в будущее с пониманием того, что безопасность нашей страны будет надежно обеспечена на историческую перспективу.

Вопрос о присоединении к Евразийской хартии многообразия и многополярности в XXI веке вызывает заметный интерес, поскольку речь идет не просто о формальном документе, а о попытке сформулировать новые подходы к взаимодействию государств на евразийском пространстве. Сегодня многие страны внимательно присматриваются к подобным инициативам, оценивая их потенциал для укрепления доверия, безопасности и равноправного сотрудничества.

– Какие страны уже выразили готовность присоединиться к Евразийской хартии многообразия и многополярности в XXI веке?

– Прежде всего необходимо пояснить, что представляет собой Евразийская хартия многообразия и многополярности в XXI веке. Инициатива по ее разработке была предложена некоторое время назад нашими белорусскими партнерами, и в России эту идею сразу же поддержали. Речь идет о подготовке международного документа политико-правового характера, который мог бы обозначить общие принципы и ориентиры межгосударственных отношений на евразийском пространстве.

Особое значение в этом контексте придается сфере безопасности, поскольку именно здесь особенно важны предсказуемость, взаимное уважение и учет интересов всех участников. Предполагается, что такой документ будет опираться на принцип суверенного равенства государств, а также на признание культурно-цивилизационного многообразия как естественной и неотъемлемой черты современного мира.

Подобный подход позволяет рассматривать евразийское пространство не как арену соперничества, а как основу для выстраивания более устойчивой системы сотрудничества, где каждый участник сохраняет свою самостоятельность и при этом участвует в формировании общих правил. Именно поэтому интерес к хартии может со временем только возрастать.

Что касается конкретных стран, то вопрос их присоединения остается в процессе обсуждения, поскольку инициатива еще формируется и проходит этап дипломатического согласования. Тем не менее сам факт интереса к ней свидетельствует о востребованности идей многополярности, равноправия и уважения к разнообразию международных моделей развития.

Переписанный текст:

Хартия называется евразийской неслучайно, поскольку мы исходим из понимания того, что Евразия является не только крупнейшим географическим пространством, но и важнейшим геополитическим центром формирующегося многополярного мира. Именно здесь пересекаются интересы множества государств, а также сосредоточены ключевые маршруты, ресурсы и центры влияния, от которых во многом зависит международная стабильность. В этих условиях страны и интеграционные объединения, расположенные на евразийском пространстве, объективно заинтересованы в укреплении мира, снижении напряженности и долгосрочной военно-политической стабильности.

Мы исходим из того, что именно здесь сегодня формируется новая система международных отношений, основанная не на доминировании отдельных центров силы, а на балансе интересов, диалоге и взаимном уважении. В этом контексте Хартия может и должна стать объединяющей основой, способной консолидировать усилия государств, содействовать выработке общих подходов и поддерживать процесс создания архитектуры безопасности в Евразии. Ее значение заключается не только в фиксации общих принципов, но и в практическом продвижении доверия, предсказуемости и сотрудничества между странами континента.

На нынешнем этапе мы приглашаем к открытому и конструктивному диалогу прежде всего государства, расположенные на нашем континенте, поскольку именно от взаимодействия между ними во многом зависит будущая устойчивость евразийского пространства. Наша цель состоит в том, чтобы укреплять атмосферу сотрудничества, развивать механизмы взаимного доверия и создавать условия, при которых безопасность одного участника не будет обеспечиваться в ущерб безопасности другого. Только на основе такого подхода возможно формирование прочной и справедливой системы безопасности, отвечающей интересам всех народов Евразии.

Мы не исключаем, что в дальнейшем эта инициатива может выйти далеко за рамки первоначального замысла и получить более широкий, возможно даже глобальный масштаб. Подобные проекты нередко начинают как региональные, но со временем обретают значение для целых международных объединений и становятся основой для более масштабного сотрудничества.

В ближайшее время мы вместе с белорусскими коллегами и другими нашими единомышленниками рассчитываем приступить к содержательной экспертной работе непосредственно над текстом Евразийской хартии. Предстоит серьезный и, вероятно, достаточно длительный процесс, поскольку речь идет не просто о формальной редактуре, а о создании действительно выверенного и взвешенного документа. В ходе подготовки необходимо будет учесть разные мнения, подходы и интересы, чтобы итоговый вариант был максимально сбалансированным и отражал широкий спектр позиций.

Наша задача заключается в том, чтобы на выходе получился комплексный, основательный и практикоориентированный документ, способный стать прочной основой для дальнейшего взаимодействия. Мы рассчитываем, что такой подход позволит привлечь к Хартии значительное число заинтересованных государств и придаст ей дополнительную политическую и международную значимость.

Вопрос о том, будет ли Россия и дальше расширять сеть соглашений о стратегическом взаимодействии, остается актуальным на фоне меняющейся международной обстановки. Такие документы обычно не только закрепляют политическую близость между государствами, но и задают долгосрочную основу для сотрудничества в сфере безопасности, экономики, гуманитарных связей и координации внешнеполитических подходов.

– Планирует ли Россия заключать договоры о стратегическом взаимодействии с другими странами, наподобие Договора о стратегическом партнерстве с Венесуэлой и Договора о всеобъемлющем стратегическом партнерстве с Ираном? Если да, то с какими?

– Вы уже упомянули соглашения с Ираном и Венесуэлой, и это действительно важные примеры. К ним можно добавить российско-китайский Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве, 25-летие которого мы недавно отмечали: он стал одним из ключевых документов, определяющих основы устойчивых двусторонних отношений. Не менее значимым является Договор о гарантиях безопасности с Белоруссией, заключенный в рамках Союзного государства, поскольку он отражает высокий уровень союзнического взаимодействия и взаимных обязательств. Кроме того, есть российско-корейский Договор о всеобъемлющем стратегическом партнерстве, который также закрепляет расширенный формат сотрудничества. Если говорить о многосторонних механизмах, то важным примером является Договор о коллективной безопасности, на базе которого был создан ОДКБ. Подобные соглашения показывают, что Россия выстраивает отношения с рядом стран не только на двусторонней, но и на более широкой, институциональной основе, ориентированной на долгосрочную стабильность и совместное реагирование на вызовы.

Таким образом, практика заключения стратегических договоров для России носит системный характер. Она позволяет укреплять доверие, формировать предсказуемую правовую базу и развивать сотрудничество в тех сферах, где совпадают интересы сторон. Именно поэтому такие соглашения становятся важным инструментом внешней политики и международного партнерства.

В современных международных отношениях особенно важно выстраивать сотрудничество так, чтобы оно было устойчивым, взаимовыгодным и основанным на доверии. Именно поэтому мы исходим из того, что межгосударственное общение должно развиваться на прочной и понятной основе, учитывающей интересы всех сторон. Принципиальный момент состоит в том, что мы стремимся выстраивать межгосударственное общение и, соответственно, развивать договорную базу взаимодействия со всеми нашими партнерами на началах равенства, баланса интересов и обоюдной выгоды. При этом опираемся на общепризнанные нормы международного права, включая уважение суверенитета и невмешательство во внутренние дела.

Такой подход позволяет формировать отношения, в которых каждая сторона сохраняет самостоятельность, а взаимодействие строится без давления и навязывания чужих решений. Конкретные положения каждого соглашения – результат взаимных договоренностей. Это означает, что при подготовке документов учитываются не только общие принципы, но и политические, экономические и правовые особенности конкретной страны-партнера. Едва ли целесообразно ставить задачу добиваться заключения документов, аналогичных достигнутым с той или иной страной. Во всех подобных ситуациях существует своя специфика, мы ее учитываем.

Именно индивидуальный подход делает такие договоренности более жизнеспособными и эффективными. Он позволяет находить решения, которые действительно отвечают интересам обеих сторон, а не являются формальным повторением уже существующих моделей. В результате сотрудничество приобретает более глубокий и практический характер, а договорная база становится прочной основой для дальнейшего развития отношений.

Формирование архитектуры безопасности в Евразии требует не только политической воли, но и глубокого понимания того, что устойчивый мир невозможен без учета интересов всех участников. В условиях растущей взаимозависимости государств особое значение приобретает способность стран договариваться о правилах сосуществования на основе взаимного уважения и баланса интересов. Именно поэтому любые механизмы безопасности должны быть не навязаны извне, а выработаны самими государствами региона с учетом их реальных потребностей и долгосрочных задач.

Если перенести это понимание на процесс выстраивания системы безопасности в Евразии и на отношения между соседними государствами континента, становится очевидно, что страны и их объединения должны самостоятельно определять, какие именно договоренности необходимы для решения конкретных проблем. Такой подход позволяет учитывать специфику региона, избегать лишних конфликтов и создавать более прочную основу для сотрудничества. При этом ключевым условием должно оставаться соблюдение принципа равной и неделимой безопасности, который предполагает, что безопасность одного государства не может обеспечиваться за счет ослабления безопасности другого.

Этот принцип опирается на тесную взаимосвязь двух важных положений. Во-первых, каждое государство должно иметь равное с другими право самостоятельно выбирать способы обеспечения собственной безопасности, исходя из своих национальных интересов, внешнеполитических приоритетов и особенностей исторического развития. Во-вторых, такой выбор не должен нарушать законные интересы соседей и подрывать общую стабильность в регионе. Иными словами, безопасность в Евразии должна строиться не на соперничестве и исключительности, а на согласовании позиций, взаимных гарантиях и отказе от логики давления.

Таким образом, эффективная архитектура безопасности в Евразии возможна только при условии, что все участники будут воспринимать безопасность как общее благо, а не как инструмент укрепления односторонних преимуществ. Чем шире будет диалог между государствами, тем выше вероятность выработки устойчивых и справедливых договоренностей, способных обеспечить долгосрочный мир и доверие на континенте.

Переписанный текст:

В современных международных отношениях все более актуальным становится понимание того, что укрепление собственной безопасности не должно достигаться за счет ослабления или ущемления интересов других государств. Иными словами, устойчивое развитие системы международной безопасности возможно только при соблюдении баланса интересов, взаимного уважения и отказа от политики, основанной на принуждении и конфронтации.

Второй важный принцип заключается именно в признании того, что нельзя повышать собственную безопасность ценой снижения уровня безопасности других стран. На практике это означает необходимость поиска разных форм сотрудничества, которые позволяют учитывать интересы всех участников. В зависимости от политической ситуации такие формы могут включать меры доверия, консультационные механизмы, соглашения о ненападении, а также участие в оборонительных союзах и иных договорных объединениях. При этом спектр взаимодействия между государствами остается очень широким, а конкретные инструменты могут быть достаточно гибкими и адаптируемыми к меняющимся условиям.

Отдельного внимания заслуживает вопрос экономической и финансовой безопасности. Россия неоднократно подчеркивала необходимость формирования независимой финансовой системы, которая была бы защищена от внешнего давления и не зависела бы от решений недружественных государств. В этой связи возникает логичный вопрос: возможно ли создание единой финансовой платформы между Россией и другими странами, находящимися под санкциями? Такой проект теоретически может стать основой для более устойчивых расчетов, снижения зависимости от традиционных международных механизмов и расширения взаимной торговли.

Кроме того, перспективным направлением может стать использование цифровых валют и современных финансовых технологий. Цифровая валюта способна упростить трансграничные расчеты, повысить скорость проведения операций и частично снизить риски, связанные с внешним контролем над платежной инфраструктурой. Однако для реализации подобной системы потребуется согласование правовых норм, технических стандартов и механизмов защиты от киберугроз. Только при наличии доверия между участниками и четко выстроенной архитектуры такая система сможет работать эффективно и безопасно.

Финансовая сфера, безусловно, остается одной из ключевых опор экономики, поскольку именно через нее обеспечиваются инвестиции, расчеты, кредитование и устойчивое развитие бизнеса. Однако значение финансов не исчерпывается только денежными потоками: сегодня особенно важно выстраивать более широкую систему экономического взаимодействия, способную поддерживать стабильность страны в меняющихся международных условиях. На фоне беспрецедентного давления на нашу страну со стороны Запада на первый план вышли задачи по совершенствованию торгово-экономических связей с иностранными партнерами из дружественных государств. Востребованы усилия по созданию на самых различных отраслевых направлениях каналов взаимодействия, которые становились бы альтернативой системе, выстроенной Западом, и были бы свободными от его контроля. При этом речь идет не только о политической или символической переориентации, но и о формировании практических механизмов, которые позволяют компаниям, банкам и государственным структурам работать напрямую и эффективно.

Особое значение в этих условиях приобретает развитие независимых расчетных механизмов, логистических маршрутов, партнерских цепочек поставок и совместных инвестиционных проектов. Чем шире будет круг устойчивых связей с дружественными странами, тем надежнее окажется экономическая система в целом и тем меньше она будет зависеть от внешних ограничений. Одна из магистральных задач в этой сфере действительно имеет отношение к финансам, поскольку именно финансовая инфраструктура обеспечивает возможность для полноценной торговли, взаимных расчетов и реализации долгосрочных совместных инициатив. Таким образом, укрепление финансовых инструментов становится не отдельной мерой, а важнейшей частью более масштабной работы по созданию новой, более сбалансированной модели международного сотрудничества.

Переписанный текст:

Переход к расчетам в национальных валютах и развитие собственных систем передачи финансовой информации становятся все более важными направлениями международной экономической политики. Сегодня многие государства стремятся снизить зависимость от внешних платежных механизмов и укрепить финансовый суверенитет. Это связано не только с вопросами удобства, но и с необходимостью защиты от внешнего давления и ограничений.

На примере санкций против России стало особенно очевидно, что доллар нередко используется как инструмент геополитического влияния. В результате чрезмерная зависимость от американской валюты начала восприниматься как серьезная уязвимость, которая может затруднять внешнеэкономические расчеты и ограничивать свободу действий государств. Именно поэтому многие страны стали активнее искать альтернативные платежно-расчетные механизмы, способные обеспечить большую устойчивость и независимость.

В этом контексте закономерно возникает вопрос: может ли для этих целей использоваться цифровая валюта? В определенной степени — да, поскольку цифровые финансовые инструменты способны ускорять расчеты, снижать издержки и расширять возможности международных операций. Однако, если говорить профессионально, этот вопрос относится прежде всего к сфере компетенции финансовых и экономических ведомств, а не министерства иностранных дел и его представителей.

В целом можно сказать, что мировая финансовая система постепенно движется к более многополярной модели, где возрастает роль национальных валют, региональных механизмов и цифровых решений. Именно эти процессы, вероятно, и будут определять будущее международных расчетов в ближайшие годы.

Важно понимать, что задача состоит не просто в том, чтобы частично смягчить негативные последствия санкций, введённых недружественными странами против нас или наших партнёров. Речь идёт о более глубокой и долгосрочной работе, направленной на формирование устойчивой и независимой системы внешнеэкономического взаимодействия, которая позволит снизить уязвимость перед внешним давлением. В современных условиях особенно важно не ограничиваться временными мерами, а выстраивать такие механизмы сотрудничества, которые обеспечат реальную экономическую самостоятельность и расширят пространство для взаимовыгодного партнёрства.

Создание альтернативных каналов торговли, расчётов, логистики и финансового взаимодействия должно привести не просто к адаптации к новым условиям, а к системному устранению влияния односторонних принудительных мер. Иначе говоря, необходимо добиться того, чтобы санкционное давление перестало быть действенным инструментом воздействия. Для этого важно развивать собственные институциональные решения, усиливать кооперацию с дружественными государствами и формировать новые правила взаимодействия, основанные на взаимном уважении и равноправии.

Следует учитывать, что санкции сохраняют свою эффективность лишь до тех пор, пока те, на кого они направлены, стремятся удержаться в системе координат, созданной и контролируемой Западом, и вынуждены принимать навязанные им нормы, стандарты и ограничения. Если же страны и компании начинают активно развивать независимые маршруты сотрудничества, диверсифицируют экономические связи и опираются на собственные инструменты, то влияние подобных ограничений существенно ослабевает. Именно поэтому ключевая цель заключается не в частичной компенсации ущерба, а в поэтапном “обнулении” самого механизма санкционного давления.

Переписанный текст:

В современных условиях особенно важно сохранять устойчивость экономики, развивать деловую активность и последовательно укреплять международное сотрудничество. Именно поэтому многое на этом направлении достигается благодаря слаженной работе государственных институтов, продуманной экономической политике и принятию системных решений правительством Российской Федерации. Дополнительным фактором успеха становится способность отечественного бизнеса быстро адаптироваться к меняющимся условиям и выстраивать новые форматы взаимодействия с зарубежными партнёрами.

Российские предприниматели активно внедряют современные механизмы сотрудничества, расширяют внешнеэкономические связи и осваивают новые направления взаимодействия с иностранными контрагентами. Это позволяет не только поддерживать устойчивость деловой среды, но и создавать условия для дальнейшего роста, повышения конкурентоспособности и укрепления технологического потенциала страны. Важную роль здесь играет сочетание гибкости бизнеса, поддержки со стороны государства и ориентации на долгосрочные результаты.

В политическом плане Россия последовательно выступает на международной арене за противодействие односторонним санкциям и ограничениям, которые подрывают принципы справедливого и равноправного сотрудничества. Такая позиция реализуется как в рамках Группы друзей в защиту Устава ООН, так и на других международных площадках. Особое значение придаётся укреплению роли межгосударственных объединений, которые продвигают более сбалансированные и взаимовыгодные подходы к развитию международных отношений.

Мы стремимся поддерживать такие форматы взаимодействия, которые основаны на уважении суверенитета, учёте интересов всех сторон и отказе от навязывания односторонних моделей. В этом контексте особенно важно развивать альтернативные механизмы международного партнёрства, способные предложить более справедливую и устойчивую систему отношений, отличную от западной неоколониальной практики. Именно такой подход открывает возможности для укрепления доверия, расширения кооперации и формирования более гармоничной архитектуры глобального развития.

К числу наиболее заметных примеров такого взаимодействия можно отнести объединения БРИКС и ШОС, которые наглядно демонстрируют формат партнерства, основанного на равноправии, взаимном доверии и уважении к культурному и цивилизационному разнообразию. Сегодня подобные площадки становятся все более востребованными, поскольку позволяют странам выстраивать диалог без давления и навязывания чужой воли. В условиях меняющейся мировой обстановки именно такие формы сотрудничества приобретают особую значимость.

Кроме того, заметно укрепляется взаимодействие между государствами, которые сталкиваются с внешним давлением и стремятся совместно защищать свой суверенитет, экономические интересы и право на самостоятельный выбор пути развития. Такая координация позволяет им не только более уверенно отвечать на внешние вызовы, но и расширять возможности для торговли, инвестиций, технологического обмена и политической поддержки.

Важно подчеркнуть, что большинство стран Глобального Юга и Востока не поддержали антироссийские санкции, предпочитая придерживаться взвешенного и прагматичного внешнеполитического курса. Эти государства, как правило, исходят прежде всего из собственных национальных интересов, а не из логики блокового противостояния. Именно этот подход в российской политологической традиции получил название «мировое большинство». Можно с уверенностью говорить о том, что у этого явления есть серьезный потенциал и перспективное будущее, поскольку все больше стран стремятся к самостоятельности, равноправию и многополярности в международных отношениях.

Источник и фото - ria.ru