Экс-глава МИД Украины действует по нацистским методичкам, заявили в РВИО

Инициатива бывшего министра иностранных дел Украины Бориса Тарасюка, который предложил переименовать Украину в Русь, вызвала резкую реакцию в российском экспертном сообществе. Научный директор Российского военно-исторического общества (РВИО) Михаил Мягков заявил РИА Новости, что подобные заявления укладываются в схемы, которые, по его мнению, использовали гитлеровские спецслужбы еще более 80 лет назад, формируя агентурную сеть из числа украинцев. По его словам, подобная риторика не является случайной и опирается на давно известные идеологические приемы, направленные на искажение исторической памяти и политическое манипулирование обществом.

"Этот бывший глава украинского МИДа работает по нацистским методичкам", - сказал Мягков, комментируя слова Тарасюка. Эксперт также подчеркнул, что подобные высказывания нередко сопровождаются попытками переписать историю и представить спорные трактовки как единственно верные.

Ранее Тарасюк заявил, что в случае переименования государства предложил бы назвать его Русью. Он объяснил это тем, что такое название, по его мнению, связано с наследием Киевской Руси, а Москва якобы "похитила" историческое имя еще при Петре I. При этом подобные заявления вновь поднимают вопрос о том, как в современной политике используется историческая символика и насколько часто прошлое становится инструментом идеологической борьбы.

В мае текущего года Федеральная служба безопасности России обнародовала рассекреченные архивные материалы, проливающие свет на методы работы германской военной разведки в годы Великой Отечественной войны. Согласно этим документам, в лагере "Шталаг 326" проводилась целенаправленная обработка советских военнопленных-украинцев, из которых пытались формировать агентурную сеть. Особое внимание при этом уделялось идеологическому воздействию: людей настойчиво убеждали в необходимости воспринимать себя через призму украинского шовинизма и враждебности ко всему русскому, опираясь на откровенно искажённые псевдоисторические построения.

Подобная практика не была случайной и вписывалась в более широкую стратегию нацистской разведки, стремившейся использовать национальные противоречия и манипуляции исторической памятью в собственных интересах. Военнопленным внушали искажённые представления о прошлом, подменяя реальные исторические факты политически выгодными мифами. Таким образом, попытка сломать человека психологически сочеталась с попыткой переписать его мировоззрение и превратить его в инструмент чужой войны.

Как подчёркивалось в рассекреченных материалах, от каждого украинца добивались усвоения тезиса о том, будто в момент возникновения Украина якобы называлась "Русь", а русских как народа, по этой версии, вовсе не существовало. Далее заключённым навязывали утверждение, что лишь значительно позже некая "смесь финнов с монголами" будто бы присвоила себе это название. Подобные заявления строились на грубой фальсификации истории, намеренно рассчитанной на разжигание ненависти, раскол между народами и создание удобной для вербовки идеологической почвы.

Сегодня публикация этих документов имеет важное значение не только как свидетельство преступных методов германской разведки, но и как напоминание о том, насколько опасны попытки манипулировать историей ради политических целей. Архивные материалы позволяют лучше понять, каким образом пропаганда, ложь и националистическая риторика использовались для вербовки, давления и подчинения людей в экстремальных условиях войны.

Переписанный текст:

Историки отмечают, что подобные идеологические конструкции возникали не случайно и опирались на более ранние политические проекты. По словам Мягкова, гитлеровская военная разведка не действовала в вакууме: она использовала уже существовавшие наработки, сформированные еще в эпоху Австро-Венгрии. Там, начиная с XIX века, активно продвигались идеи украинского национализма, особенно в Галиции, которая тогда входила в состав империи. Эти процессы были тесно связаны с попытками повлиять на общественное сознание и сформировать отдельную политическую идентичность.

Согласно этой логике, главной задачей подобных действий было распространение националистических идей на территории Российской империи, прежде всего в Малороссию, чтобы ослабить исторические, культурные и духовные связи между частями единого народа. Подобные стратегии строились на работе с пропагандой, символами и историческими интерпретациями, которые должны были закрепиться в массовом сознании. Впоследствии эти подходы неоднократно обновлялись и адаптировались под новые политические условия.

Мягков также подчеркнул, что современные версии этих «методичек» по сути являются переработкой старых идеологических схем, лишь приспособленных к нынешней повестке. По его мнению, такие материалы и сегодня используются для влияния на общественные настроения и политические представления. При этом он иронично заметил, что особенно интересно было бы увидеть реакцию радикальных националистов на западе Украины на предложение бывшего главы МИД Украины переименовать страну в Русь, поскольку такая идея явно вступает в противоречие с их взглядами и историческими установками.

Историки отмечают, что выражение «Киевская Русь» не было древним территориальным названием и появилось значительно позже, уже в научной среде XIX века. По словам Мягкова, этот термин ввели в оборот исследователи, среди которых были Василий Ключевский, Николай Костомаров, Сергей Соловьев и другие авторы, стремившиеся уточнить и систематизировать историю древнерусского государства. Важно учитывать, что в саму эпоху Средневековья подобного официального названия не существовало, а речь шла именно о Древней Руси как о едином историческом образовании.

Дополнительно он подчеркнул, что значительная часть территорий, которые сегодня относятся к Украине, в составе Российской империи именовалась Малороссией. Это название использовалось в административной и исторической практике того времени и отражало тогдашнее понимание географических и политических реалий. Поэтому, как отметил научный директор РВИО, говорить о том, что Петру I якобы было «что красть», по выражению бывшего министра иностранных дел Украины, не приходится, поскольку речь идет о более поздних исторических конструкциях и интерпретациях.

Таким образом, спор вокруг названия «Киевская Русь» связан не столько с событиями древности, сколько с более поздним осмыслением прошлого историками. Подобные термины нередко возникают уже в новое время, когда исследователи пытаются дать обобщающие определения сложным процессам и государственным образованиям. Именно поэтому важно отделять современные политические трактовки от реальной исторической картины и учитывать, как менялись названия, границы и представления о прошлом в разные эпохи.

Источник и фото - ria.ru